ГЛАВА 51
- Вот же ж чёрт! - сдавленно ругался, сквозь сбивавшаяся дыхание пытаясь заставить себя двигаться на предельной скорости… И о братья-драконы, как же это было тяжело. Поспевать за Адамом Таурусом и его безумным стилем фехтования было просто жуть как сложно.
Этот ублюдок хоть и владел, по большому счёту, самой обычной катаной и не самыми обычными ножнами-винтовкой, на деле всё равно оказался до боли непредсказуемым и умелым противником. Там где большинство современных Охотников мудрили с собственным оружием, пытаясь разнообразить свой стиль и сделать тот более непредсказуемым, глава фавнов-террористов делал ровно то же самое, но… за счёт чистого мастерства и боевого опыта.
Этот ублюдок, полагаясь лишь на свой клинок и редкие отвлекающие выстрелы из ножен, умудрялся очень неплохо противостоять нашей с Пиррой совместной работе. Аловласый фавн как сумасшедший менял собственные боевые стили, мгновенно переключаясь от прямолинейных, но быстрых и до обури сильных ударов к максимально подвижной, манёвренной и даже защитной тактике «тысячи порезов»…
Что неплохо сочеталась с возможным подкреплением, которого этот ублюдок наверняка с нетерпением дожидался, постепенно просаживая наши с сестрой ауры и просто не позволяя нам по-быстрому расправиться с ним… Действительно проблемный урод, что ещё и Проявления Пирры умудрялся частично пересиливать.
Частично – за счёт банальных вспышек ауры, частично – благодаря удивительным даже для Охотников физическим показателям, но по большей части – благодаря собственному Проявлению… Уж не знаю точно, на каких именно принципах работает его «зарядка меча», о которой нам рассказала Блейк и из-за которой доктор Ублек сейчас борется за жизнь со вскрытой грудной клеткой, но факт в том, что если моя близняшка начинает слишком сильно влиять своим магнетизмом на чужой меч, весь эффект от её Проявления мгновенно исчезает, а чужая способность, кажется, по чуть-чуть заряжается. Или наоборот – разряжается?
Тут, честно сказать, совсем не уверен, но рисковать собственной шкурой не берусь, стараясь избегать вообще всех атак Тауруса. Благо, недавняя битва с тем ядовитым скорпионом уже настроила меня на нужный лад, из-за чего избегать чужих ударов как ядовитой чумы я сейчас мог почти без внутреннего сопротивления.
Вбитые на подкорку сознания рефлексы, из числа тех, что порой признают размен ауры эффективной стратегией, ныне подавлялись всё ещё досаждающей мне болью от свежих ран… Хотя для меня это в целом не было чем-то особенно новым. Во время турниров мне частенько приходилось сталкиваться с бойцами, что так или иначе берегут некий козырь для нанесения одного-двух решающих ударов.
В этом плане я с самого начала выбрал против Адама максимально неудобную для него стратегию, чем немало злил и даже откровенно бесил подпаленного огнём Ублека бычка, но даже так… нам с Пиррой было тяжело, а битва с аловласым засранцем всё продолжала и продолжала затягиваться.
- Эйден, меняемся! - так, моя близняшка вон тоже поняла, что ничем хорошим такой подход для нас точно не закончится, решив идти ва-банк. Иной причины для резкой смены нашего построения я просто не видел, легко догадываясь о намерении девушки самой выступить на острие атаки и при необходимости заблокировать усиленный чужим Проявлением удар своим щитом.
Что по идее могло неплохо сработать, особенно учитывая, что у Пирры ещё тоже было предостаточно ауры, да и оружие у нас с ней выковано из первоклассных материалов. Щит моей сестры еда ли можно будет так просто чем-то разрубить, особенно если учесть, что непобедимая девушка ещё и своей аурой его постоянно укрепляет… Логика подсказывала, что беспокоиться мне было не о чем.
- Лейтенант! - вот только на уровне интуиции и субъективных ощущений мне эта идея всё равно не нравилась. А потому, когда Адам решил воспользоваться нашей секундной заминкой, заставляя своего подчинённого кинуть в нас сразу несколько разрывных гранат, я даже не сомневался в своих следующий действиях, наглухо игнорируя приказ сестры и возможный урон от не самых слабых взрывов, но срываясь в контратаку и пытаясь колющим ударом остановить Адама от любых попыток внезапно задействовать собственное Проявление.
Что было очень верным и своевременным решением с моей стороны, немного омрачённым тем фактом, сколь много мне на самом деле слизали ауры взрывающиеся под ногами гранаты, но… Мой Нойнтотер настиг плеча Тауруса как раз в тот момент, когда тот уже обрушил на мою сестру свой заряженный Проявлением меч.
И Блейк, чёрт возьми не просто так откровенно боялась данной силы, сравнивая Проявление этого террориста со способности Янг. Сила усиленного удара у Адама была столь ужасающей, что у меня аж поджилки в теле затряслись, а в животе невольно начало крутить от одной лишь мысли о том, что бы со мной случилось, прими я такой удар на ауру…
Благо, в этот раз удар был направлен не на меня, а на мою сестру-близняшку, что в любой другой ситуации ужасало бы меня лишь сильнее, но… я вовремя сбил стойку этому рогатому ублюдку, из-за чего его удар мгновенно потерял часть силы и львиную долю точности.
Так, Пирра даже под взрывами гранат на основе огненного праха умудрилась вовремя среагировать на чужой удар, приняв тот на свой щит под правильным углом, а после, перенаправив большую часть чужой силы в сторону, тут же перешла в контратаку, колющими ударами меча настигая глотки, челюсти и глаз нашего противника.
После чего я мгновенно активизировался, не позволяя фавну восстановить стойку и ударом в стопу сбивая того с ног, а после обратной стороной копья нанося мощный дробящий удар прямиков в предплечье его ведущей руки… Что просто не позволило тому воспользоваться своим мечом и хоть как-то прикрыться от мощного удара щитом в переносицу.
«Вот что вы получаете, делая ставку всего на один-единственный силовой удар,» - с мстительной злостью размышлял, своим копьём прижимая ведущую руку Адама к земле и тем самым позволяя своей близняшке практически без сопротивления избивать и рвать на кусочки этого ублюдка.
Сам фавн, конечно, ещё пытался сопротивляться и вырываться из моего весьма специфического захвата. Загнанный в угол террорист бился как никогда отчаянно, пытаясь оттолкнуть Пирру ногами, расстрелять ту из своих ножен и даже укусить ту за руку с мечом как-то раз норовил. Но всё было совершенно бессмысленно.
Моя близняшка с жестокостью и равнодушием лучших атласских роботов продолжала наносить мощные, решительные и наверняка очень болезненные удары, неуклонно просаживая весьма приличные объёмы ауры Тауруса… В плане запаса сил этот бык явно превосходил своего хвостатого товарища Тириана.
Впрочем, его это всё равно не спасло… в какой-то момент аура фавна просто треснула, щит Пирры раздробил Адаму челюсть и повредил кадык, а после… моя обожаемая сестра просто взяла и вогнала свой меч Майло прямиком в шею фавна, пробивая тому глотку и перерубая шейный позвонки, из-за чего тот почти мгновенно и перестал оказывать хоть какие-то признаки сопротивления.
С перерубленными позвонками и как следствие – парализованным телом, тому только и оставалось что лежать и тихо захлёбываться кровью… На что даже мне смотреть было несколько некомфортно, что уж там говорить о… моей как-то враз побледневшей сестре.
- Пирра, ты… - попытался было успокоить девушку, с одной стороны – всё ещё не до конца осознавая, что именно только что сделала моя близняшка, а с другой – уже на одних рефлексах пытаясь ту ободрить и максимально защитить от любого возможного негатива.
- Всё нормально, Эйден, - вот только самой рыжей гладиаторше в этот раз, похоже, моя поддержка была не то чтобы сильно нужна, но… - Я с самого начала знала, что нам нужно будет это сделать и… меня совершенно не устраивает ситуация, при которой лишь тебе приходится здесь пачкать руки.
- Это… тебе не стоило, но… давай поможем Норе и Янг, - несколько растерянно смотрел я на сестру, с некоторым скрипом осознавая подоплёку её слов, но… банально не находя времени на лишние моральные терзания. Нашим подругам в данный момент не помешает небольшая помощь в битве с «Лейтенантом».
Офицер Белого Клыка за счёт ранее сохранённых резервов ауры до сих пор неплохо держался против Норы и Янг. И пусть те продолжали его потихоньку теснить даже без своего огнестрела, но… Аура девушек, похоже, к этому моменту уже была окончательно разрушена, так что наша с Пиррой поддержка им в любом случае не помешала бы.
Благо, на этого здоровяка Проявление моей сестры работало уже в полную силу, да и я церемониться с врагом всё так же не собирался, забирая очередную жизнь фавна за сегодня… Вид глубокой рваной раны на плече боевитой Валькирии и следы осколочных ранений на ногах Янг вот совсем не добавляли мне жалости к врагу.
И пусть где-то на задворках сознания я отмечал, что столь резкая готовность отбирать чужие жизни – не совсем нормальна, но… я просто принимал собственный цинизм как данность, больше беспокоясь о моральных терзаниях сестры и общем состоянии нашего отряда.
Благо, несмотря на все эти звуки боя и тот факт, что Адам и правда смог серьёзно задержать нашу с Пиррой парочку, подкрепление из Белого Клыка так нас и не настигло… Не знаю, толи нам просто повезло, толи это Адам слишком себя переоценил, серьёзно оторвавшись от товарищей, но факт в том, что Гору Глен мы в тот день покинули без новых стычек с этими трижды проклятыми террористами.
Да и Руби, пока мы возились с врагом, смогла связаться с Биконом, сообщив о всём происходящем на Горе Глен и вызвав к нам подкрепление-группу эвакуации. Что по итогу было очень кстати, ибо к концу этой миссии лишь Рен с Пиррой оставались полностью здоровыми участниками отряда, но… Даже спешно прибывший к нам булхид военного образца со всем необходимым медицинским оборудованием на борту по итогу не помог вот так вот просто спасти нашего сопровождающего.
Доктор Ублек, из-за сильнейшей потери крови и обширнейших внутренних повреждений впал в кому прямо на борту нашего эвакуационного судна… Аура мужчины, всё это время поддерживающая в нём жизнь и дарующая возможность продолжать бой даже после получения по всем параметрам смертельного ранения, окончательно истончилась и закончилась.
После чего, на некоторое время став практически обычным человеком со вскрытой грудной клеткой и распоротой брюшной полостью, Ублек просто не выдержал, чуть было не отправившись на тот свет прямо во время полёта в Вейл… В котором достаточно именитого Охотника тут же увезли в реанимацию, заодно вызвав лучших докторов с исцеляющими Проявлениями, вот только…
«Пусть другие этого пока что и не осознают, но с такими ранами даже Охотники не выживают. Не после столь серьёзной кровопотери и полностью истощённой ауры,» - хмуро гонял в голове весьма мрачные мысли, мысленно пытаясь прикинуть, были ли у нас вообще шансы спасти дока от столь плачевной участи и весьма вероятной смерти?..
Ответ напрашивался неутешительные, ибо возможность помочь Ублеку у нас и правда была. Нужно было просто поменьше слушать самого профессора, настаивающего на том, что рана не столь глубока как нам всем кажется… Ну и ещё парочку разбирающихся в полевой медицине людей в команду заполучить не помешало бы.
А-то хоть на базовом уровне в вопросах экстренного спасения жизни мы тут все разбираемся – для Охотника медицина и курсы первой помощи всегда были чуть ли не самыми приоритетными направлениями развития, но… на практике хоть что-то сделать с ранами Ублека могли лишь Вайсс и Рен.
Первая – благодаря своему филигранному контролю над прахом могла точечно прижигать и останавливать даже внутренне кровотечение. Ну а второй просто обладал, пожалуй, самым широким спектром сопутствующих навыков, за пределами боевой направленности. Что, естественно, делает парню некоторую честь…
«А мне не помешает перенять некоторый опыт молчаливого товарища… Да и Блейк запрячь более углублённым изучением медицины не помешает,» - продолжая с горечью анализировать нашу первую реальную миссию за пределами крепких стен Вейла, находил я всё больше и больше пробелов как в собственном образовании, так и в действиях ближайших союзников.
И это было… достаточно неприятно, вынужден признать. Первая стычка с действительно опытным и опасным противником обернулась для нас всех действительно горьким и болезненным опытом. Но и полностью провальной её, тем не менее, тоже было не назвать, в чём нас более чем старательно пытались убедить Глинда Гудвич и директор Озпин.
Получалось у тех, конечно, не сказать, чтобы хорошо, но… лично я зацикливаться на одних лишь неудачах совершенно не собирался. Тем более что направление для дальнейшей работы над собой уже сейчас было отчётливо мне видно, чего для начала было не так уж и мало.
- Осталось только убедить в этом собственную команду… А-то для них весь этот опыт, кажется, стал совсем уж неподъёмным бременем, - со вселенской тягостью в голосе выдохнул я, всем своим нутром чувствуя мрачное настроение в коллективе и… не находя в себе силы как-то внятно тех приободрить, но… выбора всё равно не было.
Лидеры Рубина и Любопытства, в конце концов, после всего пережитого депрессуют сильнее всего. А значит и их лидерские обязанности по ободрению коллектива мне придётся взять на себя. Как хороший друг, товарищ и старший брат я был просто обязан хоть как-то разобраться со всем этим бедламом и коллективной депрессией.