Глава 9. Трактир
Я вернулся в трактир, когда туман начал редеть. Дверь всё так же скрипела, половицы всё так же стонали под ногами, но теперь в зале горел свет. Масляная лампа на стойке отбрасывала дрожащий круг, и в этом круге стоял человек.
Трактирщик оказался немолодым мужчиной с седыми висками и фартуком, повязанным поверх грубой рубахи. Он протирал кружки тряпкой и не сразу заметил меня.
— Есть работа? — спросил я с порога.
Он поднял глаза. Взгляд у него был цепкий, оценивающий — так смотрят на нового постояльца, прикидывая, заплатит он или сбежит, не рассчитавшись.
— Работа? — переспросил он. — Дрова наколоть можешь?
— Могу.
— Тогда иди на задний двор. Там поленница и топор. Сделаешь — получишь ужин и пять медяков.
Я кивнул и вышел через чёрный ход.
Задний двор трактира был небольшим, зажатым между сараем и покосившимся забором. В углу, под навесом, высилась груда неколотых чурбаков. Топор торчал из пня — старый, с щербатым лезвием, но вполне рабочий. Я поплевал на ладони и взялся за дело.
Работа была простой и монотонной. Замах, удар, треск. Чурбак разлетался на две половинки. Я складывал их в поленницу и брал следующий. Постепенно я вошёл в ритм, и мысли потекли свободнее.
Я думал о том, что прочитал. О вещах, которые пробуждаются. Об артефактах, которые помнят. О клановых цитаделях, что парят в небесах и уходят под землю. И о том, что где-то в этом мире есть игроки, которые уже прошли этот путь — от первого уровня до сотого, от серого ножа до легендарного клинка.
Замах. Удар. Треск.
Через час поленница была полна. Я вытер пот со лба и вернулся в трактир. Трактирщик осмотрел мою работу, хмыкнул и поставил передо мной миску с похлёбкой и кружку слабого пива. Рядом лёгли пять медных монет — мои первые деньги в этом мире.
Я ел, а за окнами сгущались сумерки. И в какой-то момент улица ожила.
Сперва я услышал шаги — торопливые, множественные. Потом голоса. Хлопали двери, скрипели ставни. Я подошёл к окну и выглянул. По улице шли люди — те самые жители, которых я видел утром. Но теперь они не занимались делами. Они спешили. Женщина в сером платке тянула за руку мальчишку. Старик-портной запирал дверь своей мастерской. Сапожник, не глядя по сторонам, нёс под мышкой свёрток с инструментами.
Все они уходили в дома. Запирали двери. Закрывали ставни. Весь сворачивалась, как цветок на ночь.
— Что происходит? — спросил я трактирщика.
— Ничего, — ответил он, но глаза его смотрели в сторону окна с плохо скрытой тревогой. — На ночь улицы пустеют. Таков порядок.
— Порядок? Какой порядок?
— Здешний порядок, — отрезал он. — Ты ешь давай. И тоже не засиживайся.
Я хотел расспросить его дальше, но дверь трактира отворилась, и в зал вошла она.
Девушка была молодой — на вид лет двадцать, не больше. Высокая, с длинными русыми волосами, собранными в небрежный хвост. Одежда простая: кожаная куртка поверх льняной рубахи, штаны, заправленные в сапоги. На поясе висел короткий меч в потёртых ножнах. Но главное — над её головой светился зелёный никнейм: «Эйра».
Игрок.
Я замер с ложкой в руке. Первый игрок, которого я встретил в этом мире. Не NPC с заскриптованными репликами, а живой человек.
Она оглядела зал, заметила меня и, не спрашивая разрешения, села напротив.
— Новичок? — спросила она. Голос у неё был низкий, с хрипотцой.
— Бродяга, — представился я.
— Эйра, — кивнула она. — Третий уровень. Иду к перевалу. Ты, я смотрю, тоже?
— Тоже, — сказал я. — Но пока не очень успешно.
— Вижу, — она усмехнулась, глядя на мой серый нож за поясом. — С таким оружием далеко не уйдёшь. Но ничего, я тоже начинала с камня.
Она заказала у трактирщика кружку пива и откинулась на спинку стула. Я заметил, что у неё на шее висит странный амулет — маленькая серебряная шестерёнка на цепочке.
— Ты одна идёшь? — спросил я.
— Одна, — сказала она. — В моём классе группа не нужна. Я следопыт. Ловушки, скрытность, дальний бой. Могу пройти там, где другие не пройдут.
Следопыт. Я вспомнил, что видел этот класс на форуме. Что-то среднее между флибустьером и лучником. Высокая мобильность, средний урон, умение ставить ловушки.
— А ты? — спросила она. — Класс уже выбрал?
— Нет. Думаю взять тамплиера. А потом, может, магистра.
Эйра присвистнула.
— Антимаг. Интересный выбор. Сложный, но интересный. Только до пятидесятого уровня ещё дожить надо.
— Знаю, — сказал я. — Пока не очень получается.
— Слушай, — она подалась вперёд. — Тут недалеко есть место. Старый рудник. Там водятся каменные ползуны — мобы третьего-четвёртого уровня. С них неплохой опыт и иногда падает руда. Я как раз туда собираюсь. Хочешь со мной?
Я задумался. Группа с игроком третьего уровня — это шанс. Вдвоём мы могли бы справиться с мобами, которых я в одиночку не потяну. Но я ничего не знал об Эйре. Кто она? Почему помогает новичку?
— Что взамен? — спросил я.
— Ничего, — она пожала плечами. — Просто вдвоём веселее. И потом, если ты станешь антимагом, мне будет приятно думать, что я помогла тебе в начале пути. Мир тесен, Бродяга. Может, когда-нибудь и ты меня выручишь.
Я кивнул.
— Хорошо. Идём в рудник.
Мы вышли из трактира вместе. Сумерки уже перешли в ночь, и улицы действительно опустели. Ни одного огонька в окнах. Ни одного звука, кроме наших шагов. Весь снова стала той самой Сонной весью, которую я видел вчера.
— Странное место, — сказал я.
— Здесь все места странные, — ответила Эйра. — Ты ещё не видел Гиблый лес. Или Долину Шёпотов. Там вообще крыша едет.
Мы миновали ворота и вышли на дорогу. Над головой горели чужие звёзды. Где-то вдалеке, за холмами, ухала ночная птица.
— Ты давно в игре? — спросил я.
— Три недели, — ответила она. — В реальном мире прошло три дня. Я зашла через нейрообруч, пробную версию. Думала поиграть пару часов и лечь спать. А теперь не могу выйти.
Я остановился.
— Ты тоже не можешь выйти?
— Тоже? — она резко обернулась. — Погоди. Ты хочешь сказать...
— Да, — кивнул я. — Я застрял здесь. Кнопки выхода нет. Связи с поддержкой нет. Я думал, это только у меня.
Эйра выругалась сквозь зубы.
— Я надеялась, что одна такая. Думала, бракованный обруч или глюк лицензии. Но если нас двое...
Она не договорила. Мы стояли посреди дороги и смотрели друг на друга. Два игрока, запертых в виртуальном мире.
— Рассказывай, — сказал я. — Что ты знаешь?
Эйра прислонилась к стволу придорожного дуба.
— Нейрообручи — это технология «Единственного». Так называется корпорация, которая создала «Эдем-Онлайн». Полное погружение. Ты надеваешь обруч, и твой разум переносится в игру. Тело остаётся в коконе — специальной камере жизнеобеспечения. Она поддерживает температуру, подаёт питательные смеси, стимулирует мышцы, чтобы не атрофировались. Время в игре идёт быстрее, чем в реальности: один к десяти примерно. За десять дней здесь — сутки там.
— Откуда ты это знаешь? — спросил я.
— Читала перед покупкой, — она усмехнулась. — Всегда читаю инструкции. В отличие от большинства.
Я вспомнил свой переход. Вспышка, ощущение разборки на атомы, темнота. Никакого кокона я не видел. Никакого обруча не надевал. Я вообще не помнил, как оказался в игре.
— Ещё там была система возрастной цензуры, — продолжала Эйра. — Игра автоматически блокирует сцены насилия, если игроку меньше восемнадцати. И ещё блокирует... ну, разное. Чтобы дети не видели того, чего им видеть не положено.
— А «Единственный»? — спросил я. — Что это за корпорация?
— Огромная, — она развела руками. — Они начинали с нейросетей для медицины. Потом переключились на игры. Скупали мелкие студии, внедряли свои технологии. «Эдем-Онлайн» — их флагманский проект. Говорят, они вложили в него миллиарды.
Я молча переваривал информацию. Корпорация. Коконы. Нейрообручи. Значит, где-то там, в реальном мире, моё тело лежит в коконе, подключённое к трубкам и проводам. И никто не знает, что я здесь.
— Ладно, — сказал я. — С этим разберёмся позже. Сейчас — рудник.
Эйра кивнула, и мы двинулись дальше.
Дорога петляла между холмов. В лунном свете я разглядел вдалеке какое-то движение. Стадо животных паслось на склоне — крупные, с мощными рогами. Я прищурился, и интерфейс услужливо подсветил их рамками:
«Степной варан. Уровень 4. Нейтральный».
«Рогатый як. Уровень 5. Нейтральный».
«Пепельный олень. Уровень 3. Нейтральный».
— Здесь целый зоопарк, — заметил я.
— Это только начало, — отозвалась Эйра. — Дальше будут тенеловы, пещерные визгуны, а в руднике — каменные ползуны. Кстати, слышал про таких?
— Нет.
— Здоровенные сороконожки, панцирь как броня. Сложные мобы. Но с них падает руда и иногда кристаллы. А кристаллы нужны ювелирам.
— Ты ювелир? — спросил я.
— Алхимик, — она покачала головой. — Травы, зелья. Но кристаллы можно продать.
Мы спустились в неглубокую лощину, и дорога упёрлась в тёмный провал в скале. Вход в рудник был укреплён старыми балками, с которых свисала паутина. Из глубины тянуло сыростью и холодом.
— Пришли, — сказала Эйра. — Готов?
Я вытащил из-за пояса нож. Серый, обычный, с трещиной у основания рукояти.
— Готов.
Она улыбнулась — впервые за вечер.
— Тогда вперёд. И помни: если что, я тебя прикрою.
Мы шагнули в темноту.