Бродяга-Валацуга) 4

Глава 6. Тело помнит

🔒 Доступ ограничен

Для чтения этой главы введите пароль:

Неверный пароль!

Шишиморка говорила о Заступнике так, словно действительно верила, что однажды он вернётся. Для неё это было не просто предание о давно исчезнувшем защитнике Бастиона, а обещание, которое продолжало жить в сердцах людей. Мы покинули дом-музей, но разговор не закончился: девушка ещё некоторое время рассказывала о памятниках, цветах и старых вещах, которые жители бережно сохраняли.

На повороте дороги она остановилась у лотка с горячей выпечкой и взяла две лепёшки, одну протянула мне. Пока мы ели, мимо прошла группа детей, тащивших самодельные флажки с голубыми лентами. Шишиморка проводила их взглядом и улыбнулась.

— Каждый год они готовят украшения к дню памяти, — сказала она. — Сами, без подсказок взрослых. Кто-то рисует, кто-то вырезает, кто-то просто помогает нести.

— Им нравится?

— Им нравится быть частью чего-то общего. Даже если они не до конца понимают, что именно празднуют.

Я не стал спорить. У каждого были свои способы справляться с окружающей действительностью. Мне пока хватало собственных вопросов: кто я такой, почему оказался в Зоне падения Чёрного Яйца и откуда у меня навыки, о которых я сам ничего не помнил.

Мы направились к заведению «У КАБАНА». Шишиморка предложила заглянуть туда, чтобы немного отвлечься и обсудить наши дальнейшие планы. Внутри оказалось многолюдно. За столами сидели небольшие компании, возле стойки толпились посетители, а общий гул то и дело перекрывали смех и громкие споры. Пахло горячей едой, жареным мясом и крепкими напитками. Обстановка была шумной, но по-своему уютной. Надо дать небольшое определение формированию "Чистильщики", буквально два предложения — это боевая молодёжная группа.

Мы нашли свободное место неподалёку от прохода. Я почти сразу заметил Джиана. Продавец оружия находился в компании Чистильщиков (Чистильщики были боевой молодёжной группой — дерзкой, сплочённой и уверенной в собственной безнаказанности. В Бастионе их не любили, но предпочитали не связываться) и выглядел непривычно напряжённым. Он то и дело украдкой поглядывал на сидевших рядом людей, стараясь не задерживать на них взгляд. Особенно выделялся Динк — тот самый тип, который уже приходил к Шишиморке и оскорблял её, требуя, чтобы она держалась подальше от тех, кто ему не нравился.

— Он опять здесь, — негромко произнесла девушка, проследив за моим взглядом.

— Вижу.

— Лучше не обращай на него внимания.

— Это он должен не обращать внимания на тебя.

— С ним всё сложнее. Динк привык считать, что ему всё позволено. А рядом с ним всегда находятся люди, готовые поддержать любую глупость.

— Судя по его поведению, он уверен, что ему ничего не грозит.

— Именно поэтому я и не хочу, чтобы ты ввязывался в неприятности.

Вскоре к нам подошёл Джиан. На ходу он оборачивался через плечо, проверяя, наблюдает ли за ним кто-нибудь из Чистильщиков.

— Не ожидал вас здесь увидеть, — произнёс он, стараясь говорить непринуждённо.

— А мы не ожидали увидеть тебя в такой компании, — заметил я.

Джиан невесело усмехнулся.

— Иногда приходится общаться с разными людьми.

— По твоему лицу не скажешь, что ты этому рад.

— Не всё зависит от желания. У каждого свои дела, а некоторые умеют создавать проблемы, даже когда их никто не просит.

Он снова посмотрел в сторону своей компании. Те заметили наш разговор и задержали взгляд на Шишиморке, после чего уставились на меня.

— У вас всё в порядке? — спросил я.

— Разберусь, — быстро ответил Джиан. — Просто посидите спокойно. Не стоит портить вечер.

Он собирался вернуться к своему столику, когда Динк поднялся со своего стула. Его движение было нарочито медленным, словно он хотел привлечь внимание окружающих. Следом поднялся китаец с татуировками на руках и шее. Чуть поодаль сидел толстяк, который пока не вмешивался, но внимательно следил за происходящим.

Динк развязной походкой подошёл к нашему столу и остановился напротив Шишиморки.

— Вот мы и встретились снова.

— Не припомню, чтобы договаривалась с тобой о встрече, — ответила она.

— Ты слишком много о себе думаешь.

— А ты слишком часто забываешь, что не все обязаны тебя слушаться.

Он перевёл взгляд на меня.

— А ты кто такой, ты так и не назвался?

— Человек, который хотел спокойно провести вечер.

— Тогда советую заняться своими делами и оставить девушку в покое.

— Насколько я помню, она сама решает, с кем ей общаться.

— Я не спрашивал твоего мнения.

— А я не собирался его высказывать. Но ты подошёл и начал разговор.

Динк наклонился ко мне. От него пахло алкоголем, а глаза налились раздражением.

— Слушай внимательно. Оставь её в покое. Не подходи к ней, не разговаривай с ней и забудь, что она существует. Иначе у тебя появятся проблемы.

Я спокойно посмотрел ему в глаза. Угроза не произвела на меня впечатления. Я не знал, насколько силён Динк, но его манера поведения говорила о том, что он привык запугивать людей, рассчитывая на численное превосходство и собственную репутацию.

— Ты закончил?

Он на мгновение замолчал, явно не ожидая такого ответа.

— Ты что, не понял?

— Понял. Ты хочешь, чтобы я перестал общаться с Шишиморкой. Но тебе придётся объяснить ей, почему она должна тебя слушаться.

— Я сам решу, что ей делать!

— Начни с того, чтобы научиться решать собственные проблемы.

Лицо Динка перекосилось от злости. Он резко замахнулся, намереваясь ударить меня в голову. Я заметил ещё начало его движение, и сместился в сторону, перехватив его руку. Рывок на себя — короткий удар в корпус. Динк согнулся, а следующий удар заставил его попятиться на пару шагов назад. Он попытался восстановить равновесие, но я не дал ему времени: толчок, ещё один удар, и противник рухнул на пол, опрокинув стул.

Всё произошло настолько быстро, что окружающие не сразу поняли, что драка уже началась.

Китаец с татуировками оказался проворнее. Он выхватил нож и бросился сбоку. Я заметил блеск лезвия, развернулся навстречу и перехватил его запястье. Нож прошёл мимо. Удар локтем заставил нападавшего выпустить оружие, затем я выкрутил кисть и резко надавил на сустав. Раздался хруст. Китаец вскрикнул и осел, прижимая сломанную руку к груди.

Толстяк поднялся, сжимая дубинку. Он двинулся на меня, размахивая оружием с такой силой, будто рассчитывал одним ударом закончить драку. Я пропустил дубинку мимо себя, шагнул вперёд и коротко, но сильно ударил его в живот. Тот согнулся. Я толкнул его плечом, и толстяк потерял равновесие, зацепился ногой за опрокинутый стул и тяжело рухнул на спину. Дубинка выскользнула из его руки и покатилась под соседний стол.

Я остановился. Динк пытался подняться, но, едва опершись на локоть, снова упал. Китаец сидел на полу, стиснув зубы от боли, а толстяк растерянно смотрел на меня. Все трое оказались выведены из строя, и продолжать драку им явно не хотелось.

Я повернулся к Джиану.

— Здесь есть кто-нибудь, кто мог бы помочь в этом случае?

Тот несколько раз моргнул, словно только теперь вернулся к действительности.

— Ты серьёзно?

— Они, кажется, нуждаются в помощи.

— Да. Конечно. Сейчас кого-нибудь позовут.

Шишиморка поднялась из-за стола. Она выглядела удивлённой, но не испуганной.

— Ты говорил, что не собираешься искать с ним ссору.

— Я и не искал. Он сам начал.

— Я видела.

— Значит, претензий ко мне нет?

Она едва заметно улыбнулась, но ответить не успела. Из толпы раздался крик:

— Динка проверьте! Что с ним?!

Несколько человек бросились к поверженным Чистильщикам. Кто-то попытался усадить Динка, другой стал звать тех, кто мог оказать помощь. Джиан не двинулся с места: он встал рядом с нами, и наблюдал за суетой у опрокинутых столов. Когда кто-то из компании Чистильщиков попробовал было возмутиться, Джиан осадил его короткой фразой, и тот сразу сбавил тон. В зале вновь поднялся шум. Посетители обсуждали случившееся, перебивая друг друга и пытаясь выяснить, кто первым напал.

— Ты видел, как он его уложил?

— Они же втроём на него пошли!

— А нож? Там нож был!

— И что? Он даже не успел ничего сделать!

— Здорово это у тебя получилось. Быстро, почти незаметно для окружающих, — похвалила Шишиморка.

— Я не помню, чтобы когда-нибудь учился этому. Но тело, похоже, знает, что делать.

Она внимательно посмотрела на меня.

— Ты даже не задумался. Понял, что Динк собирается ударить, ещё до того, как он замахнулся. А с ножом вообще среагировал мгновенно.

— Увидел движение и ответил на него.

— Ты каждый раз удивляешь меня своими навыками, ты же ничего не помнишь о прошлом.

— Если бы я вспомнил, то уже рассказал бы тебе.

Она нахмурилась, но продолжать расспросы не стала. Вокруг нас всё ещё стоял шум, а несколько человек поглядывали с нескрываемым любопытством. Я понимал, что произошедшее не останется незамеченным. Динк был не случайным посетителем, и не простым человеком из компании Чистильщиков. Его товарищи вряд ли забудут, что их троих уложили на пол за считаные секунды.

Неподалёку от общей суматохи стояли несколько человек. Я увидел людей, явно не рядовых, из группы «Посланников». Они не вмешивались в драку, но, судя по их взглядам, заметили каждое движение. Один смотрел на меня, другой переводил взгляд с поверженных Чистильщиков на опрокинутую мебель.

— Видел, как быстро он с ними справился? — тихо спросил один.

— Видел. Динк даже не успел понять, что произошло.

— Второй полез с ножом. И тоже ничего не добился.

— А третий был с дубинкой. Это ему не помогло.

Они говорили негромко, но находились достаточно близко, чтобы я мог слышать их разговор.

— Он ведь потерял память, — продолжил первый. — По крайней мере, так нам говорили.

— Именно поэтому я и не могу сказать, откуда у него такие навыки.

— Может, он что-то скрывает?

— Возможно. Но ты видел его лицо? Он не выглядел человеком, который заранее готовился к драке. Просто отреагировал.

Третий собеседник, до этого молчавший, наконец заговорил:

— Память и навыки — не одно и то же. Человек может забыть, кем был, но тело не обязательно забудет всё остальное.

— Хочешь сказать, он умеет драться, даже не помня, где этому научился?

— Тело помнит даже без сознания. Привычки, движения, реакцию. Всё это может сохраниться, даже если человек утратил воспоминания о собственной жизни.

— Но он не просто уклонился от удара. Он контролировал каждого из троих.

— Вот это и удивляет.

Один из Посланников снова посмотрел на меня. В его взгляде было уже не только любопытство, но и осторожность.

— Если он действительно ничего не помнит, то откуда у него такая подготовка? Кто мог его научить?

— Ответов у нас нет. Но теперь я понимаю, почему вокруг него столько вопросов.

— И поэтому не стоит считать его обычным человеком.

К нам вернулся Джиан. Он выглядел заметно напряжённее, чем до начала конфликта.

— Помощь уже вызвали. Скоро разберутся с пострадавшими.

— Хорошо.

— Ты понимаешь, что натворил?

— Они напали первыми.

— Я не спорю. Но это были Чистильщики. У них есть весомые знакомые, и они не любят, когда их выставляют на посмешище.

— Тогда им следовало вести себя приличнее.

Джиан посмотрел на меня так, словно хотел возразить, но передумал.

— Ты не представляешь, насколько неприятными они могут быть.

— Возможно. Но сегодня они получили достаточно ясное представление о том, что я не собираюсь терпеть угрозы.

— Дело не только в угрозах. Динк может не успокоиться.

— Пусть сначала придёт в себя.

Шишиморка вмешалась прежде, чем Джиан успел продолжить:

— Я не собираюсь позволять Динку распоряжаться моей жизнью. И не хочу, чтобы из-за его выходок мы отказывались от обычных вещей.

Джиан отвёл взгляд. Похоже, он не хотел становиться участником их прежнего конфликта и тем более обсуждать его при посторонних.

Вскоре возле поверженных появились люди, готовые заняться пострадавшими. Динка осторожно усадили, затем помогли подняться остальным. Он всё ещё выглядел злым, но теперь в его выражении читалась растерянность. Он несколько раз посмотрел на меня, однако больше не пытался приблизиться. Его товарищи тоже не проявляли желания продолжать драку.

— Думаю, нам лучше уйти, — сказала Шишиморка.

— Согласен.

Мы попрощались с Джианом и направились к выходу. Уже возле двери я заметил, что один из Посланников всё ещё наблюдает за мной. Он не пытался остановить нас или заговорить, лишь внимательно следил за каждым движением. Я встретился с ним взглядом, и мужчина слегка наклонил голову, словно признавая, что теперь у него появилось ещё больше поводов для размышлений.

На улице было спокойнее. Шишиморка шла рядом, некоторое время молчала, а потом спросила:

— Они теперь будут тебя опасаться.

— Кто именно?

— Не только Чистильщики. Те, кто видел драку, тоже. Люди не любят, когда кто-то оказывается сильнее, чем они ожидали.

— А ты?

— Что я?

— Ты тоже будешь опасаешься меня больше?

Она остановилась и посмотрела на меня с недоумением.

— Нет. Но я ещё больше хочу понять, кто ты такой.

— Если найдёшь ответ, обязательно расскажи мне, — пошутил я.

— Ты слишком спокойно к этому относишься.

— А что мне остаётся? Я не могу заставить себя вспомнить прошлое, когда мне захочется.

— Но можешь попытаться разобраться в том, что умеешь.

Я задумался. Её слова имели смысл. До сих пор я воспринимал свои способности как нечто само собой разумеющееся. Когда возникала опасность, тело действовало раньше, чем я успевал обдумать происходящее. Это помогало выживать, но не объясняло, откуда взялись подобные навыки.

— Возможно, стоит уделить этому большее внимание, — произнёс я.

— Думаю, стоит. Особенно после сегодняшнего.

Мы продолжили путь. Я ещё раз вспомнил драку. Противники действовали предсказуемо, а их численное преимущество оказалось бесполезным. Но меня беспокоило другое: я не выбирал движения сознательно. Всё происходило само собой, будто тело следовало давно знакомому порядку действий.

Память могла исчезнуть, но что-то всё же осталось. И теперь это заметили не только я и Шишиморка, но и люди, которые внимательно следили за происходящим в Бастионе. Для одних я мог оказаться полезным союзником, для других — непредсказуемой угрозой. А те, кто видел, как я справился с тремя Чистильщиками, вряд ли станут считать меня безобидным человеком, которому просто повезло.

Мне оставалось выяснить, что скрывалось за забытыми воспоминаниями. И, судя по всему, ждать, пока прошлое само напомнит о себе, становилось всё опаснее.