Бродяга-Валацуга) 3

Глава 7. Геном Птицы и наследие — ХМУРЫЙ

 

 

🔒 Доступ ограничен

Для чтения этой главы введите пароль:

Неверный пароль!

Я двинулся на восток, туда, где интерфейс обещал источник среднего излучения. Ноги ступали по битому асфальту, между ржавыми остовами машин и обломками стен. Ветер гнал по улице сухие листья и клочья чёрного пепла. Я шёл осторожно, стараясь не выходить на открытые пространства, держась ближе к стенам разрушенных зданий.

 

Спустя примерно полчаса я заметил впереди большое строение — когда-то, видимо, административное здание. Его фасад был частично обрушен, но внутренние перекрытия ещё держались. Интерфейс пискнул: «Обнаружен источник Квазер: 15 единиц, внутри здания». Я решил зайти.

 

Внутри было темно и сыро. Свет едва пробивался сквозь запылённые окна и трещины в стенах. Я шёл по длинному коридору, переступая через обломки штукатурки и сгнившие доски. Где-то капала вода, и этот звук отдавался эхом, создавая ощущение, что здание дышит.

 

Я остановился посреди разрушенного коридора, глядя на голографическую панель, которая медленно вращалась перед моими глазами. Пальцы всё ещё помнили тепло, которое текло от мёртвой Многоножки, когда я забрал её Квазер. Восемь единиц. Мало, но достаточно, чтобы почувствовать, как Мозгосфера внутри меня пульсирует, разрастается, заполняет пустоты новыми связями.

 

Мне нужно было разобраться в том, что я могу. Что это тело способно делать. И я начал изучать интерфейс.

 

Раздел «Потенциалов» оказался пустым.

 

Я щёлкнул по иконке, ожидая увидеть список навыков, улучшений, модификаций — но передо мной висела лишь серая пустота. Никаких усилений организма. Никаких генетических модификаций. Никаких мио-электрических имплантатов, о которых я почему-то знал, но не мог вспомнить, откуда.

 

— Пусто, — сказал я вслух. Голос звучал глухо в полумраке коридора. — Совсем пусто.

 

Это было странно. Я чувствовал, что должно быть что-то. Что это тело — или моё сознание — способно на большее. Но интерфейс показывал лишь пустые ячейки, ожидающие заполнения.

 

Я перешёл в раздел «Модулирования».

 

И замер.

 

Передо мной возникло трёхмерное изображение. Моё тело. Но без лица. Вместо черт — размытая дымка, словно кто-то стёр мою индивидуальность, оставив лишь форму. Руки, ноги, торс — всё было на месте, но голова оставалась пустой, как чистый холст.

 

Я коснулся изображения. Оно отреагировало — развернулось, показывая меня со всех сторон. Пульсирующие линии пробегали по телу, отмечая сердцебиение, дыхание, движение крови по сосудам. Я увидел, как внутри грудной клетки сокращается сердце — маленький, ритмичный насос. Лёгкие расширялись и сжимались. Где-то в глубине мигали цифры: количество лейкоцитов, давление, уровень гормонов.

 

Я нажал на руку. Изображение увеличилось, и я увидел мышцы — пучки волокон, переплетённые с нервами. Кости — прочные, с мельчайшими порами. Сосуды — тонкие, как нити. Всё это было представлено в мельчайших деталях, будто я смотрел на анатомический атлас в реальном времени.

 

Система показала мне меню. «Трансформировать». «Улучшить». «Встроить геном».

 

Я нажал на «Улучшить» и увидел список доступных модификаций. Кости — можно сделать плотнее. Мышцы — добавить мио-электрические волокна для ускорения реакции. Нервы — повысить проводимость. Органы — увеличить эффективность фильтрации.

 

Всё это требовало ресурсов. Стволовые клетки. Квазер-энергия. Мозгосферы.

 

Стволовые клетки — материал для роста. Квазер-энергия — топливо для изменений. Мозгосферы — ключи, открывающие возможности.

 

Я не помнил, откуда это знание. Оно просто было там. Как воспоминание о том, чего я никогда не переживал. Это казалось странным — знать систему, но не знать себя. Понимать механику, но не иметь прошлого.

 

— Откуда я это знаю? — прошептал я, но интерфейс молчал.

 

Тогда я открыл раздел «Геномы». Там, в списке, я увидел фрагменты, которые собрал с мёртвых существ. Геном птицы. Геном Многоножки. И ещё один — Птицы.

 

Я выбрал Геном Птицы.

 

Панель засветилась зелёным, и передо мной возникли три иконки. Три генетические модификации для зрительной системы. Я всмотрелся в каждую.

 

Первая — «Стереоскопическое Зрение». Улучшение фокусировки на дальних объектах. Возможность различать детали на расстоянии до километра. Хищная точность.

 

Вторая — «Третий Глаз». Дополнительный сенсорный орган, который улавливает тепловое излучение и движение. Невидимый для посторонних, но дающий невероятное преимущество в темноте.

 

Третья — «Биомагнитное Восприятие». Способность ощущать магнитное поле планеты. Ориентация без компаса. Чувство направления, встроенное прямо в зрительный нерв.

 

Я задумался. Каждая из них была полезна. Но сейчас, в руинах, среди птиц и многоножек, мне нужна была возможность видеть дальше. Замечать угрозы раньше, чем они заметят меня.

 

Я выбрал «Стереоскопическое Зрение».

 

Система подтвердила выбор. И всё вокруг изменилось.

 

Сначала пришла боль. Не острая, не режущая — но неприятная. Она началась где-то глубоко в глазницах, расползалась по костям черепа, словно корни дерева, прорастающие сквозь трещины в асфальте. Я зажмурился, но это не помогло — боль шла изнутри.

 

Я сжал зубы, прислонился спиной к стене. В ушах зашумело. Пульс участился — интерфейс показывал, как сердце бьётся быстрее, как зрачки расширяются и сужаются в такт с чем-то, что я не контролировал.

 

А потом боль ушла. И мир стал другим.

 

Я открыл глаза. И чуть не засмеялся от неожиданности.

 

Каждая трещина на стене стала отчётливой. Каждый листок на растении у разбитого окна — видимым. Пылинки в воздухе, которых я раньше не замечал, теперь плясали в луче света, как живые искры.

 

Я повернул голову и посмотрел в конец коридора. Там, где раньше была лишь размытая темнота, теперь я видел каждый изгиб обломков. Ржавую арматуру, торчащую из бетона. Следы когтей на полу. Даже маленького жучка, который полз по стене в пятидесяти метрах от меня.

 

— Чёрт, — выдохнул я. — Это невероятно.

 

Я посмотрел на свои руки. Мельчайшие линии на коже, поры, волоски — всё стало детальным. Я видел микроскопические царапины, которые, наверное, появились, когда я выбирался из яйца.

 

Я взглянул в окно. Вдалеке, на крыше разрушенного здания, сидела птица. Та самая, с кожистыми крыльями и жёлтыми глазами. Раньше я видел лишь её силуэт. Теперь я различал отдельные перья, покрытые слизью. Видел, как подрагивают её лапы, как клюв приоткрывается, обнажая ряд мелких зубов.

 

Я мог бы выстрелить в неё отсюда. И попал бы.

 

Я усмехнулся и открыл статус. Перед глазами всплыла знакомая панель:

 

Статус: Активен

 

Имя: не указано

 

Класс: не определен

 

Уровень: 0

 

Квазер: 23/100 единиц

 

Мозгосфера: 1 (18% восстановления навыков)

 

Генетические модификации: Стереоскопическое Зрение (активно)

 

— Первая модификация, — сказал я. — И далеко не последняя.

 

Я отключил интерфейс и начал осматриваться. Нужно было понять, что у меня есть. Какое оружие. Какая экипировка. Что может пригодиться в этом мире руин и монстров.

 

На мне был комбинезон. Ткань — плотная, но изношенная. На коленях и локтях — потёртости. На груди — несколько пятен, которые могли быть кровью. Моей или чужой — я не знал.

 

Поверх комбинезона — тактический жилет. Тёмно-серый, с множеством карманов. Некоторые были застёгнуты, другие — распахнуты. Внутри я нашёл несколько предметов: маленький фонарик, который тускло светил, когда я нажал на кнопку, странный цилиндр, который, судя по иконке, был сигнальным устройством, и чистый бинт. Свёрнутый аккуратно, как будто кто-то готовился к ранению.

 

Штурмовой пояс — широкий, кожаный, с железными вставками. На нём висели кобура и ножны. В карманах пояса — ещё несколько мелочей: спички, скомканная карта, которую я не мог развернуть, потому что она рассыпалась в руках, и монета с каким-то символом. Я сунул монету обратно — может, пригодится.

 

И тут я заметил нашивку. На левом рукаве комбинезона, там, где ткань была чуть светлее, виднелась вышивка. Чёрные буквы на сером фоне:

 

«ХМУРЫЙ».

 

Я провёл пальцем по ткани. Хмурый. Моё имя? Или имя того, кому принадлежало это тело?

 

— Кто ты, Хмурый? — прошептал я. — И что с тобой случилось?

 

Интерфейс молчал. Он не мог ответить на этот вопрос. Только я сам мог найти ответ. Или никогда не найти.

 

Я переключил внимание на оружие.

 

В правой руке, которую я держал опущенной, когда перебирал карманы, висел пистолет. Но не обычный. Я поднял его, рассматривая. Тяжёлый, металлический, с длинным стволом и странным магазином, который был прозрачным — я видел, что внутри лежат тонкие металлические иглы.

 

Иглонапорный пистолет.

 

Название всплыло в голове само собой. И вместе с ним — понимание, как он работает. Сжатый воздух или электромагнитный импульс выталкивает иглу. Быстро. Бесшумно. Точно.

 

Я проверил магазин. Почти триста игл. Я не знал, как они поместились в таком небольшом объёме, но интерфейс чётко показывал: 297 зарядов.

 

Я поднял иглонапорный пистолет, прицелился в стену и нажал спусковой крючок.

 

Тихий щелчок. Игла вонзилась в бетон, войдя почти по самую головку. Я подошёл ближе, чтобы рассмотреть. Металл был тёмным, матовым, без блеска. Я попытался вытащить иглу — она не поддалась.

 

— Мощная штука, — пробормотал я.

 

Я проверил спусковой механизм, смену магазина — всё работало плавно. Оружие было ухоженным, чистым, будто кто-то регулярно обслуживал его. Это наводило на мысли, что Хмурый был профессионалом.

 

Или что тело, в котором я оказался, принадлежало кому-то, кто знал своё дело.

 

Я убрал иглонапорный пистолет в кобуру и переключился на нож.

 

Он висел слева, в кожаных ножнах, которые были украшены странным узором — таким же, как на клинке. Я вытащил его, и лезвие блеснуло в тусклом свете.

 

Нож был необычным. Обоюдоострый. С обеих сторон — заточка. Клинок покрыт гравировкой — извилистые линии, которые переплетались, создавая сложный орнамент. Древний. Чужой. Я провёл пальцем по лезвию — оно было холодным и гладким.

 

— Что это за материал? — спросил я у интерфейса.

 

«Справка недоступна. Материал не идентифицирован».

 

— Серьёзно? — я повертел нож в руках. — Ты можешь сканировать моё тело до последнего лейкоцита, а материал ножа определить не можешь?

 

«Справка недоступна. Материал не зарегистрирован в базе данных».

 

Я вздохнул. Ещё одна загадка.

 

Нож был тяжёлым, но сбалансированным. Ручка обмотана чёрной кожей, которая не скользила в руке. У основания клинка — гравировка, похожая на символ. Круг с точкой внутри. Или глаз. Я не мог разобрать.

 

Но одно я чувствовал точно — это оружие не простое. Оно старое. Сильное. Такое не делают на конвейере.

 

Я вставил нож обратно в ножны и провёл рукой по жилету, проверяя, всё ли на месте. Комбинезон — изношенный, но целый. Тактический жилет — с карманами и фонариком. Пояс — с оружием и мелочами. Иглонапорный пистолет с почти тремя сотнями зарядов. Нож, который я не мог идентифицировать.

 

И нашивка «ХМУРЫЙ».

 

Я стоял посреди коридора, и в голове начинала вырисовываться картина. Кто-то по имени Хмурый подготовился к чему-то. Или кого-то. У него было снаряжение, оружие, знания. Но он погиб. И его тело стало моим.

 

А моё сознание — чем-то другим. Тем, что не помнит себя.

 

— Значит, я теперь Хмурый, — сказал я вслух. — Или не Хмурый. Но пока другого имени у меня нет.

 

Я повернулся и пошёл к выходу из здания. Снаружи ждал мир. Руины, птицы, многоножки. И Квазер, который нужно собирать.

 

— Но сначала, — пробормотал я, останавливаясь у двери, — нужно проверить, что ещё я могу.

 

Я подошёл к окну и прицелился иглонапорным пистолетом в птицу на крыше соседнего здания. Теперь, со Стереоскопическим Зрением, я видел её отчётливо. Каждое перо. Каждое движение.

 

Я выстрелил.

 

Игла просвистела в воздухе, прошла сквозь шею птицы, и та упала, даже не успев взмахнуть крыльями.

 

 — Триста зарядов, — сказал я. — Этого хватит надолго.

 

Я выбрался из здания и двинулся на восток, туда, где ждал источник среднего излучения. Ноги ступали уверенно, глаза сканировали местность, пальцы лежали на спусковом крючке иглонапорного пистолета.

 

Путь был долгим, но я не спешил. Каждое движение я сверял с тем, что видел. Учился новому телу, привыкал к новому зрению. На повороте я заметил движение — за грудой обломков кто-то прятался. Я замер, прислушался и прицелился.

 

Но из-за обломков показалась небольшая ящерица, безобидная, с ярко-зелёной чешуёй. Она замерла, посмотрела на меня и скрылась в трещине.

 

Я выдохнул и опустил оружие.

 

А затем интерфейс подал сигнал. «Обнаружен источник Квазер: 15 единиц, в пятидесяти метрах к востоку».

 

Я улыбнулся. Пришло время охотиться.