Бродяга-Валацуга) 3

Глава 48. Световой Импульс, Вспышка и встреча с Шоном

🔒 Доступ ограничен

Для чтения этой главы введите пароль:

Неверный пароль!

До полуночи осталось два часа. Я сидел на краю кровати в нашей комнате, и Шишиморка опять ушла к летающему скутеру. В голове было тихо — она сосредоточенно работала в ангаре, и я решил использовать эти шесть часов до выхода с максимальной пользой.

— КакНовая, — мысленно позвал я, — что принесёт второе улучшение? Обновление и модернизация Кладези.

— Это даст тебе ловкость "иллюзиониста и гимнаста", — отозвалась она, и в её голосе послышалось то самое удовлетворение, которое я уже научился узнавать. — Твои движения станут плавнее, точнее. Ты сможешь выполнять акробатические элементы — сальто, перекаты, уклонения — на уровне профессионального гимнаста. Плюс — мелкая моторика. Пальцы будут двигаться быстрее, чем ты успеваешь думать.

Я кивнул, хотя она не могла этого видеть.

— Но, — она помолчала секунду, — ты должен осознавать, что нужно развивать Кладезь. Несмотря на радость от улучшений. Каждое улучшение — это шаг вперёд, но без развития базы — без повышения ранга Кладезя — ты упрёшься в потолок. А потолок — это смерть в бою с серьёзным противником.

— Понимаю, — ответил я. — Делаем.

И она начала.

Я почувствовал, как Квазер хлынул в мышцы, в сухожилия, в суставы. Это было странно — не больно, но ощутимо. Как будто кто-то внутри меня переставлял кости, перенастраивал связки, делал тело более гибким, более подвижным. Я сжал кулак — пальцы сложились быстрее, чем я успел подумать. Разжал — так же быстро. Встал, сделал шаг — и почувствовал, как тело слушается не как механизм, а как продолжение мысли.

Я сделал сальто — просто так, на пробу, без разбега. Тело взмыло в воздух, перевернулось, и я приземлился на ноги — мягко, бесшумно, как кошка. Ещё одно — в сторону. Ещё одно — назад. Я мог делать это часами, и не уставал.

— Ловкость — активирована, — сообщила КакНовая. — Ты помнишь, что последняя модернизация Кладези дала тебе две новые способности. Первая — «Световой Импульс».

Я поднял ладонь — и перед ней возникла область света. Не вспышка, не луч, а именно область — круг диаметром метра полтора, наполненный мягким, тёплым, белым сиянием. Свет был живым — он пульсировал, дышал, откликался на мои мысли. Я мог двигать его — влево, вправо, вверх, вниз. Мог менять размер — сжать до монеты или растянуть на всю комнату, сделать круговую волну, расходящуюся от меня во все стороны, горячую, разрушительную.

— Вторая — «Вспышка», — напомнила она. — Это позволяет ещё больше манипулировать энергией света. Даже создавать объекты.

Я сосредоточился — и в воздухе передо мной возник меч. Световой. Прозрачный, переливающийся, с рукоятью из сгущённого сияния и лезвием, острым, как бритва. Я взял его — и почувствовал, как он отзывается в руке, как будто был настоящим. Взмахнул — воздух рассёкся с тихим свистом.

— Да, я помню, — пробормотал я.

— Но, — КакНовая снова сделала паузу, — без развития эта способность остаётся слабой. «Вспышка» имеет огромную мощность в потенциале — в будущем возможно создание светового оружия, полноценного, с реальным уроном. Но сейчас — это декорация. Меч не режет. Щит не держит.

Я погасил меч — он растворился в воздухе, как дым.

— Что предлагаешь?

— Третий апгрейд «Вспышки», — ответила она. — Это позволит создавать мощные вспышки, наносящие урон всем в зоне видимости. Реальный урон. Ожоги, ослепление, разрушение тканей.

— Насколько мощный?

— Достаточно, чтобы выжечь плоть на глубину сантиметра в радиусе десяти метров, — она помолчала. — Это смертельное оружие. Но требует осторожности, чтобы не повредить союзников. Шишиморка — тоже будет в зоне поражения, если не отойдёт.

Я кивнул, принимая.

— Делаем, — сказал я.

И она начала.

Квазер хлынул в глаза, в кожу, в кончики пальцев. Я почувствовал, как внутри меня что-то щёлкнуло — как замок, открывающийся ключом. И «Вспышка» раскрылась — я увидел её, как видят картинку: узкую полосу, расходящуюся от меня во все стороны, горячую, разрушительную.

Я поднял руку — и выпустил.

Вспышка!

Мир стал белым. Ослепляющим, обжигающим, невыносимым. Я зажмурился, но даже сквозь закрытые веки видел этот свет. Комната — стены, пол, потолок — всё стало белым, как выгоревшая кость. Воздух запахло озоном и палёной пылью.

Я погасил вспышку — и увидел, что кровать передо мной была разрезана пополам, ширина кровати была метра четыре. Мелькнула мысль, вовремя мы остановились.

— Смертельное оружие, — пробормотал я, глядя на остатки кровати.

— Да, — подтвердила КакНовая. — Но помни — союзники тоже в зоне поражения. Если Шишиморка будет ближе двух метров — она получит ожоги.

Я кивнул. Запомню.

Тест на скорость реакции, который КакНовая предложила ранее, показал — уровень моей реакции выше среднего. Теперь, с ловкостью "фокусника и акробата" и новой «Вспышкой», я чувствовал себя другим человеком. Более быстрым. Более опасным. Более готовым.

— Готово, — сообщила КакНовая. — Все улучшения применены. Можно выходить.

Я встал, потянулся — тело отозвалось лёгкостью, которой раньше не было. Каждое движение — плавное, точное, без лишнего усилия. Я был готов.

Вернее мы с Шишиморкой были готовы. Всё, что могло пригодиться для возможного сражения с Авантюристами мы упаковали в свои Сохранители.

— Пойдём, — сказал я.

Мы шагнули в холл — чёрный пол, серебряная звезда, тишина. И тут нас остановила Кайтор.

— Реализатор Хмурый, — её голос прозвучал мягко, но настойчиво. — Прошу вас остаться. Есть необходимость в организации гарнизона в Обелиске.

Я остановился, посмотрел на потолок — откуда звучал её голос.

— Гарнизона? — переспросил я. — Здесь же никого нет. Кроме нас.

— Задача состоит в восстановлении всех систем Обелиска, — объяснила она. — С вашей помощью — как Реализатора с доступом второго уровня — можно активировать спящие модули. Запустить системы защиты. Поднять уровень готовности. Это — критически важно для безопасности региона.

Шишиморка посмотрела на меня — в её глазах мелькнула тревога. Она поняла — нас пытаются задержать.

— Кайтор, — сказал я, подбирая слова, — я понимаю важность задачи. Но у меня есть директива. Срочная. Я должен идти в Новый Город. И — у меня есть сопровождающее лицо. Её безопасность — тоже мой приоритет.

— Понимаю, — отозвалась она. — Но гарнизон — это не только ваша задача. Это — ваша обязанность. Как Реализатора.

Я помолчал секунду, думая. И тут в голове раздался голос КакНовой — тихий, почти шёпотом:

— Обходной путь. Попроси её открыть перемещающий элемент для выхода наружу — напрямую, минуя холл. Как "инспекцию внешних систем". Она откроет — это в её протоколах. А потом — шагнёшь в круг и исчезнешь.

Я усмехнулся мысленно. Хитрость. Хорошо.

— Кайтор, — сказал я вслух, — прежде всего покажи мне перемещающий элемент для выхода наружу. Хочу провести инспекцию внешних систем. Проверить, всё ли в порядке с защитным контуром.

— Разумно, — отозвалась она. — Следуйте к площадке с перемещающими элементами.

Она открыла нам новый круг — в стороне от основных, с иконкой, похожей на дверь. Я шагнул в него — Шишиморка за мной — и мгновенное перемещение перенесло нас наружу. На землю, в сумрак ночи, под открытое небо. Обелиск возвышался над нами — чёрный, блестящий, молчаливый.

Мы не стали оглядываться. Шишиморка достала из Сохранителя скутер и запустила двигатель — он ожил с тихим, ровным звуком. Мы взмыли в воздух — но низко, над самой землёй, цепляясь за тени.

Авантюристы в лагере — в нескольких километрах отсюда. Аэродроны — скорее всего, на минимуме активности, как и предполагала Шишиморка. Мы летели быстро, бесшумно, лавируя между размытыми тенями.

Мы летели всю ночь, и к рассвету под нами открылись равнины с бледной травой и искривленные леса. Озера чернели неподвижной водой, не отражающей света, создавая ощущение искаженного, больного мира.

Я замечал свежие колеи от колес и остатки кострищ, свидетельствующие о жизни на этих землях. Следы людей и странных существ переплетались, показывая, что этот мир дышит и движется, несмотря на разруху.

Шишиморка обратила моё внимание на грейнджеров — она показала вниз, где в тусклом свете восходящего солнца виднелись огоньки. Маленькие, тусклые, но живые.

— Это грейнджеры, — сказала она, перекрикивая ветер. — Они живут вне безопасной зоны. Вне Бастионов. Вне городов. Фермеры, охотники, отшельники. Те, кто не хочет жить под защитой стен.

— Опасно, — заметил я.

— Очень, — кивнула она. — Но они выживают. Иногда — лучше, чем мы в Бастионах.

Потому как мы летели низко Шишиморка смогла заметить небольшую колонну повозок, которая упиралась в блокпост у входа в подземный тоннель. Мы снизились, зависли в тени холма, и я вгляделся. Блокпост был серьёзным — мешки с песком, колючая проволока, пулемётные гнезда, прожекторы, медленно поворачивающиеся из стороны в сторону. У входа в тоннель — массивные ворота, стальные, с какими-то символами, которые я не знал.

Я насчитал человек десять, может, больше охраны. У них было старое оружие — винтовки, пистолеты, какие-то допотопные автоматы. Но они были вооружены, и они были бдительны.

Колонна из людей и повозок проходили в тоннель. Я видел, как к блокпосту подошла очередная группа — человек пять, с вьючными животными, нагруженными какими-то тюками. Охрана остановила их, проверила документы — или что-то похожее на документы, — осмотрела груз, пропустила внутрь.

Шишиморка комментировала ситуацию с грейнджерами и их грузом.

— Это караван, — сказала она тихо. — Грейнджеры везут что-то в тоннель. Скорее всего — на продажу. Или — на обмен. Тоннель — это, видимо, проход в какое-то поселение. Или — в укрытие.

— Что везут? — спросил я.

— Не знаю, — она прищурилась, вглядываясь. — Но тюки тяжёлые. И животные — не обычные. Это вьючные морфы — мутировавшие ослы, с лишними ногами. Выносливые, но дорогие. Значит, груз — ценный.

Она помолчала, потом добавила:

— Слушай меня внимательно. Не сообщай сразу о своём статусе Реализатора. Это может вызвать недоверие у местных властей. Реализаторы — они... сложные. Их боятся. Их не везде любят. Если узнают, кто ты — могут не пустить. Или — пустить, но с условиями. Или — вообще, захотят использовать.

Я посмотрел на неё — в её глазах была та самая рейдерская практичность, которую я уже знал.

— Понимаю, — кивнул я. — Буду молчать.

Она кивнула в ответ, но я заметил — она что-то скрывает. В её голосе, в её глазах, в том, как она избегает моего взгляда, когда говорит о Реализаторах. Что-то — личное. Что-то — важное.

В это время КакНовая, желая помочь мне, предложила выяснить, что не договаривает Шишиморка.

— Я могу просканировать её микро-выражения, — шепнула она в моей голове. — Проанализировать тон, ритм речи, движения глаз. Выяснить, что она скрывает.

Я помолчал секунду. Но решил не уделять этому сейчас времени, сосредотачиваясь на происходящем вокруг.

— Потом, — мысленно ответил я. — Сейчас — не время.

Мы спустились ниже, подлетели к блокпосту со стороны, где не было людей. Шишиморка посадила скутер в тени большого камня, мы слезли, и она повела меня вперёд — пешком, осторожно, держась теней.

Мы подошли к грузовой платформе с неизвестным грузом — это была большая платформа на рельсах, стоявшая у входа в тоннель. Рядом — несколько человек, занятых погрузкой. И среди них — один, выделявшийся. Высокий, худой, с седыми волосами и длинным шрамом через всё лицо. Он отдавал приказы — чётко, уверенно, и его слушались сразу.

Шишиморка, радостно приветствующая его, шагнула вперёд — и я увидел, как её лицо изменилось. Как в нём появилось что-то новое — тёплое, живое, почти семейное.

— Шон! — крикнула она, махая рукой.

Мужчина обернулся — и его лицо тоже изменилось. Он узнал её. И улыбнулся — тепло, по-родственному.

— Шишиморка, — произнёс он, и его голос был глубоким, хриплым, как у человека, который много кричал на ветру. — Девчонка. Я думал — ты сдохла.

— Почти, — она рассмеялась, подбегая ближе. — Но не совсем.

Она обняла его — коротко, по-мужски, и отступила, оглядываясь.

— Шон, это — Хмурый, — сказала она, кивая на меня. — Мой... попутчик.

Шон посмотрел на меня — оценивающе, внимательно. Его глаза были серыми, холодными, умными. Он видел меня насквозь — я чувствовал это.

— Попутчик, — повторил он. — Понятно.

— Шон, — Шишиморка понизила голос, наклонилась ближе. — Скажи мне — был ли кто-то важный пойман? В твоём последнем рейде?

Шон посмотрел на неё — долго, молча. Потом кивнул — коротко, едва заметно.

— Был, — сказал он тихо. — Очень важный. И сейчас — он здесь. Внизу.

Шишиморка выдохнула — медленно, тяжело. В её глазах я увидел что-то новое — не радость, не облегчение, а что-то похожее на решимость. На цель.

— Понятно, — сказала она. — Тогда веди нас вниз.

События продолжали развиваться, и мы стояли на пороге важного момента, готовые столкнуться с новыми вызовами и приключениями в этом опасном мире. Я посмотрел на Шишиморку — она была в своей стихии среди близких по духу ей людей, не та одинокая девчонка, что встретила меня в разрушенном городе. И, похоже, у неё была своя охота. Своя цель. Своя тайна.

И я понял — скоро я узнаю, что это за тайна. Скоро.