Бродяга-Валацуга) 3

Глава 27. Морфокрысы и снайпер "Шишиморка"?

🔒 Доступ ограничен

Для чтения этой главы введите пароль:

Неверный пароль!

Я стоял на холме и смотрел на город. Разрушенные здания, пустые окна, тишина. Но это была не та тишина, что в лесу. Это была мёртвая тишина. Тишина места, где когда-то кипела жизнь, а теперь остались только руины.

Город простирался до горизонта серым пятном — бетонные коробки с выбитыми окнами, покосившиеся мачты, заросшие травой площади. Даже с холма было видно, что здесь не осталось ничего живого. Ни движения, ни звука. Только пыль и ветер.

Я спустился с холма и вошёл в город.

Первое, что я увидел, — блокпосты. Остатки бетонных стен, мешки с песком, разбитые баррикады. Когда-то здесь была граница. Кто-то защищался. От кого-то. Или от чего-то.

— КакНовая, — сказал я. — Что здесь произошло?

— Бои, — ответила она. — Долгие. Кровопролитные. Стены повреждены. Блокпосты разрушены. Город пал.

Я кивнул и пошёл дальше. Улицы были пустыми. Сгоревшие боевые машины стояли вдоль дорог — танки, бронетранспортёры, грузовики. Все они были уничтожены. Разорваны. Оплавлены. Я провёл рукой по одному из них. Металл был холодным. Мёртвым.

На броне одного из танков зияла пробоина размером с человеческую голову — ровные, оплавленные края говорили о том, что удар был нанесён чем-то невероятно горячим. Подойдя ближе и заглянув в дыру я увидел внутри машины обугленные останки экипажа, я отвёл взгляд, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

На стенах зданий я заметил граффити. Странные символы, нарисованные чёрной краской. Они были похожи на те, что я видел в подземельях. Древние. Чужие. Я провёл пальцем по одному из них, странно, но я почувствовал теплоту. Оно было живым.

— КакНовая, — сказал я. — Это символы?

— Да, — ответила она. — Знаки Квазер-энергии. Здесь использовались параспособности.

— Параспособности? — переспросил я.

— Способности, основанные на Квазер-энергии, — объяснила КакНовая. — То, что ты называешь магией. То, что ты сам используешь.

Я посмотрел на свои руки. Свет в венах. Огонь. Вспышка. Я был частью этого мира. Частью Квазера.

Я продолжил путь. Город был огромным. Разрушенным. Мёртвым. Я шёл по улицам, заваленным обломками, и чувствовал, как внутри разрастается тревога. Здесь было что-то не так. Что-то, что ждало.

Я вышел на перекрёсток.

И увидел их.

Серые силуэты. Большие. Антропоморфные. Они стояли на другой стороне улицы, и я сначала принял их за людей. Но они были не людьми. Крысы. Огромные крысы, стоящие на задних лапах. Их морды были ужасными — вытянутые, с длинными зубами, с глазами, горящими красным.

Они носили элементы одежды — куртки, штаны, ботинки. Снятые с мёртвых. Их серая шерсть была покрыта струпьями и шрамами, а из пасти свисали клочья чего-то тёмного — возможно, плоти последней жертвы. Они переговаривались между собой короткими, гортанными звуками, и в этих звуках слышался голод — древний, ненасытный.

Морфокрысы.

— КакНовая, — прошептал я. — Что это?

— Морфокрысы, — ответила она. — Опасные хищники. Стайные. Быстрые. Смертельные.

Я потянулся к ножу и стал отступать. Но было поздно. Они заметили меня.

Стая бросилась вперёд. Их было много — десятки. Серые тела, красные глаза, длинные зубы. Они двигались быстро. Слишком быстро. Я отступал, поднимая нож.

Первый морфокрыс прыгнул. Я уклонился. Лезвие рассекло воздух. Второй атаковал с фланга. Я развернулся и ударил. Нож вошёл в плоть. Кровь брызнула. Морфокрыс упал.

Третий. Четвёртый. Пятый. Они лезли со всех сторон. Я двигался на инстинкте. Блок. Удар. Уклон. Контрудар. Я не думал. Я просто сражался. Мышцы помнили. Тело знало. Навыки, которые я когда-то обрёл в боевых искусствах, вернулись. Я чувствовал их. Я использовал их.

Каждое движение было отточено до автоматизма — годы тренировок в прошлой жизни, о которой я не помнил, теперь спасали мне жизнь. Кровь морфокрысов была горячей и липкой, она брызгала на лицо, но я не обращал внимания, сосредоточившись только на следующем ударе.

Один из морфокрысов попытался укусить меня за ногу. Я отпрыгнул, ударил ножом сверху. Лезвие вошло в череп. Тварь дёрнулась и замерла. Второй прыгнул на спину. Я почувствовал тяжесть, когти, впивающиеся в плечи. Я развернулся, схватил его за морду и с силой отбросил. Он ударился о стену и сполз на землю. Я добил его ударом ноги. Третий попытался обойти меня сзади. Я почувствовал его — щупальца на спине дрогнули, предупреждая. Я развернулся и метнул нож. Лезвие вошло в глаз твари. Она упала.

Поглощение Квазера: +50 единиц.

Поглощение Квазера: +60 единиц.

Поглощение Квазера: +45 единиц.

Квазер тек в меня. Силы росли. Но морфокрысов было слишком много. Они окружили меня. Я отступал, но они наступали. Я убивал одного, но на его месте появлялись двое.

Я чувствовал, как усталость накатывает волной. Руки дрожали. Ноги подкашивались. Я не мог продолжать. Не мог.

Вдруг я услышал выстрелы.

Один из морфокрысов упал. Пуля вошла в голову. Потом ещё один. И ещё. Выстрелы были точными. Смертельными. Кто-то стрелял со стороны.

Я обернулся. В одном из окон здания, на третьем этаже, я увидел подсветку. Снайпер. Он стрелял в морфокрысов. Спасал меня.

Я поднял руки. Показал, что не опасен. Снайпер кивнул — или мне показалось. Подсветка мигнула. Приглашение. Подняться.

Я не знал, кто это. Не знал, чего ожидать. Но выбора не было. Морфокрысы всё ещё были рядом. Я побежал к зданию.

Внутри было темно. Заброшенное здание, пустые комнаты, разрушенные лестницы. Я поднимался наверх, перепрыгивая через провалы. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным запахом пыли, сырости и чего-то ещё — все-таки человеческого присутствия. На стенах виднелись следы от пуль, а на полу валялись гильзы и пустые магазины. Кто-то держал оборону в этом здании. Долго. Отчаянно. На третьем этаже я остановился.

Дверь была открыта. Я вошёл.

Внутри сидел человек. Небольшой. В камуфляже. Девушка! Короткие рыжие волосы. Яркие зелёные глаза. Её лицо было покрыто слоем грязи и копоти, а на щеке виднелся свежий порез, из которого сочилась кровь. Но глаза — яркие, живые, внимательные — смотрели на меня с холодной оценкой профессионала.

Винтовка в её руках была длинной, с мощным оптическим прицелом, и лежала так, словно была продолжением её тела. Она смотрела на меня.

— Ты кто? — спросила она.

Я не понял. Слова были странными. Чужими. Но потом... До меня дошло. Язык был знакомым. Не русский. Не английский. Что-то другое. Что-то, что я знал, но не помнил.

— Я... — начал я. — Я не знаю.

Она нахмурилась.

— Не знаешь? — переспросила она. — Как это?

— Я потерял память, — сказал я. — Я не помню, кто я. Не помню, откуда.

Она смотрела на меня долго. Изучала. Оценивала.

— Ты не врёшь, — сказала она наконец. — Я вижу.

Она опустила винтовку.

— Шишиморка, — представилась она. — Меня зовут Шишиморка.

Я замер.

Шишиморка. Это имя. Оно было знакомым. Где-то я его слышал. Где-то... в прошлой жизни. В той, которую не помнил. Но оно отзывалось. Тёплым. Странным. В груди что-то шевельнулось — не воспоминание, а отголосок воспоминания, словно эхо голоса, который я когда-то знал очень хорошо. Это было странно и в то же время пугающе знакомо.

— Шишиморка, — повторил я. — Я... я знаю это имя.

Она удивлённо подняла бровь.

— Знаешь? Откуда?

— Не помню, — сказал я. — Но оно знакомо. Как будто я встречал тебя раньше.

Она помолчала. Смотрела на меня. В её глазах было что-то — интерес? Настороженность? Надежда?

— Странно, — сказала она. — Я тебя не знаю. Но ты не похож на других. Ты не заражён. Не изменён. Ты... нормальный.

— Я не нормальный, — сказал я. — Я... Реализатор.

Она замерла.

— Реализатор? — переспросила она. — Ты серьёзно?

— Да, — сказал я. — Я не помню своего имени. Но я знаю, что я Реализатор. Проект «Выдающийся».

Шишиморка смотрела на меня. Долго. Молча.

— Я слышала о вас, — сказала она наконец. — Легенды. Истории. Но я думала, что вы все мертвы. Или исчезли.

— Но я то здесь, — сказал я.

— Да, — сказала она. — Здесь.

Она встала и подошла к окну. Посмотрела на улицу. Морфокрысы всё ещё были там — они не ушли. Ждали.

— Это место, — сказала Шишиморка. — Когда-то здесь был дом. Мой дом. Теперь это руины. Как и всё остальное.

— Ты одна? — спросил я.

— Да, — ответила она. — Уже давно.

Я смотрел на неё. Молодую. Уставшую. Одинокую. Как и я.

— Я ищу людей, — сказал я. — Выживших. Ты... ты поможешь мне?

Она обернулась. Посмотрела на меня. И улыбнулась. Слабо. Но улыбнулась.

— Может быть, — сказала она. — Если ты поможешь мне.

— С чем? — спросил я.

— С морфокрысами, — ответила она. — Они не уйдут. Они будут ждать. И если мы не убьём их, они убьют нас.

Я кивнул. Я знал это. Я чувствовал это. Морфокрысы были угрозой. И я должен был их уничтожить.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда давай начнём.

Шишиморка кивнула. Она взяла винтовку и посмотрела на улицу.

— У тебя есть план? — спросила она.

— Пока нет, — сказал я. — Но я что-нибудь придумаю.

— Придумывай быстрее, — сказала она. — Они уже идут.

Я выглянул в окно. Морфокрысы двигались к зданию. Стая. Голодная. Злая. Я сжал нож. Свет в венах пульсировал. Я чувствовал Квазер. Чувствовал силу.

Я был готов.

У нас еще было пару минут и я должен был понять, кто эта девушка. Шишиморка. Почему её имя знакомо? Почему я чувствую, что знаю её? Это было странно. Неправильно. Но в то же время — правильно.

— Шишиморка, — сказал я. — Ты... ты знаешь, что такое Реализаторы?

Она помолчала.

— Немного, — сказала она. — Я слышала истории. От стариков. От выживших. Говорят, Реализаторы были созданы, чтобы защищать человечество. После Последствия. Но их больше нет. Или почти нет.

— Я есть, — сказал я.

— Да, — сказала она. — Ты есть.

Она смотрела на меня, и в её глазах было что-то — недоверие? Надежда? Страх? Я не знал. Но я знал, что она была здесь. Одна. Давно. И она выжила.

— Как ты выжила? — спросил я. — Одна. В этом городе.

— Я не всегда была одна, — ответила Шишиморка. — У меня была группа. Мы жили здесь. Прятались. Сражались. Но потом... морфокрысы. Они пришли ночью. Многие погибли. Я осталась одна.

Она замолчала. Смотрела в окно. Морфокрысы были уже близко.

— Я не хочу говорить об этом, — сказала она. — Не сейчас.

— Хорошо, — сказал я. — Не сейчас.

Я подошёл к окну. Морфокрысы стояли у входа в здание. Ждали. Их было много. Слишком много.

— Сколько у тебя патронов? — спросил я.

— Достаточно, — ответила Шишиморка. — Но не бесконечно.

— Тогда план такой, — сказал я. — Ты стреляешь с окна. Я встречаю их внизу. Мы уничтожаем их по одному.

— Это самоубийство, — сказала она.

— Может быть, — сказал я. — Но другого плана у меня нет.

Она посмотрела на меня. Оценивающе. А потом кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Но если ты умрёшь, я не буду оплакивать.

— Договорились, — сказал я.

Я вышел из комнаты и начал спускаться. Морфокрысы ждали внизу. Я чувствовал их. Слышал их. Они были готовы.

Я был готов тоже.