Бродяга-Валацуга) 3

Глава 22. Паук, паутина и двойная угроза

🔒 Доступ ограничен

Для чтения этой главы введите пароль:

Неверный пароль!

Я сидел на краю обрыва и смотрел на болото. Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в багровые и золотые тона. Дымная завеса над городом стала ещё гуще — видимо, там что-то горело с новой силой. Ветер доносил запах гари и чего-то ещё — сладковатого, тошнотворного.

— КакНовая, — сказал я, не отрывая взгляда от болота. — Ты говорила, что мы в Северном Китае. Но что это даёт? Земля изменилась. Материки, климат, животный мир — всё другое. Эти сведения не имеют практической ценности.

— Ты прав, — ответила она. — После Последствия планета стала неузнаваемой. Старые карты бесполезны. Мы в новом, незнакомом месте. Вокруг всё кажется опасным, и я не вижу никаких признаков человека.

— Значит, нужно искать, — сказал я. — Ты говорила о терминалах. О Выдающемся.

— Да, — подтвердила КакНовая. — Выдающийся — это вселенская организация, которая координирует действия Реализаторов. Ближайший терминал находится на контролируемой территории. Но его безопасность вызывает сомнения.

— Что значит — контролируемой? — спросил я.

— Территория, которую контролирует Легион или другая структура, — объяснила она. — Но после Последствия контроль мог быть потерян. Мы не знаем, что там сейчас.

— И как нам найти этот терминал?

— Чтобы расшифровать информацию о терминале, нам нужно получить звание «рядового», — сказала КакНовая. — Это первый уровень в иерархии Реализаторов. Выполняя задачи, ты будешь повышаться. Тогда я смогу открыть тебе координаты.

Я кивнул. Ещё одна цель. Ещё один шаг.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь. — У нас достаточно ресурсов для восстановления? Сколько раз я могу умереть?

— У тебя сорок семь жизней, — ответила КакНовая. — Это много. Но не трать их бездумно.

— Постараюсь, — усмехнулся я.

Я двинулся вдоль обрыва, ища спуск к мосту. Дорога заняла около получаса — пришлось обходить глубокие трещины и завалы. Один раз я поскользнулся на глине и едва не сорвался вниз, но успел схватиться за корень, торчащий из стены. Корень был скользким и холодным, но выдержал. Я подтянулся и продолжил путь.

Наконец я нашёл относительно пологий склон и спустился к остаткам моста.

Мост был разрушен, но не полностью. Бетонные плиты, покрытые ржавчиной и мхом, ещё держались. Арматура торчала во все стороны, как рёбра мёртвого зверя. Под мостом, внизу, блестела чёрная вода болота. Живоглоты копошились в грязи, но их было меньше, чем днём.

Я ступил на первую плиту. Она скрипнула, но выдержала. Я сделал ещё шаг. Потом ещё.

— Осторожно, — сказала КакНовая. — Плиты могут быть нестабильны.

— Я вижу, — ответил я, стараясь ступать как можно легче.

Я прошёл около двадцати метров. Мост петлял, обходил провалы, и мне приходилось перепрыгивать с плиты на плиту. Внизу, в грязи, что-то шевелилось — я старался не смотреть. Один раз я остановился, чтобы перевести дыхание, и посмотрел вниз. Живоглоты собрались у опоры моста, их чёрные тела блестели в свете заходящего солнца. Они ждали. Они всегда ждали.

Я перепрыгнул на следующую плиту и едва не упал — бетон под ногами оказался рыхлым, крошащимся. Я ухватился за арматуру, повис на руках, чувствуя, как ржавый металл впивается в ладони. Подтянулся, перевёл дыхание и двинулся дальше.

А потом я почувствовал, что что-то не так.

Мои ноги запутались. Не в обломках — в чём-то липком, тонком, почти невидимом. Я попытался шагнуть, но не смог. Сеть. Невидимая сеть, растянутая между плитами.

— КакНовая! — крикнул я, пытаясь вырваться. — Я в ловушке!

— Не двигайся! — резко сказала она. — Медленно отступай назад!

Я попытался отступить, но сеть уже затягивалась. Тонкие нити обвивали мои ноги, поднимались выше — к бёдрам, к поясу. Я дёрнулся — и нити сжались сильнее, впиваясь в кожу.

— Она реагирует на движение! — сказала КакНовая. — Замри!

Я замер. Нити перестали сжиматься, но не отпустили. Я стоял, балансируя на одной плите, с сетью на ногах, и чувствовал, как по спине стекает холодный пот.

— КакНовая, — прошептал я, боясь даже дышать. — Что это?

— Паук, — ответила она. — Не двигайся. Он чувствует вибрацию.

Я стоял неподвижно, и в тишине слышал только своё сердце. Оно колотилось где-то в горле, и каждый удар отдавался в ушах. Я смотрел на плиты, на арматуру, на тёмную воду внизу — и ждал.

А потом я увидел его.

Из-под моста, из темноты, выполз паук.

Он был огромным — размером с автомобиль. Тёмное тело, покрытое густым волосом, восемь длинных лап, заканчивающихся острыми когтями. На спине — белый крест, светящийся в сумерках. Глаза — восемь чёрных бусин, смотрящих прямо на меня.

— Это... — выдохнул я.

— Паук-крестовик, — сказала КакНовая, и в её голосе звучала тревога. — Хищник. Очень опасен. Беги!

— Я не могу! — крикнул я, пытаясь разорвать сеть руками. — Он держит меня!

Паук приближался. Медленно, уверенно. Он знал, что добыча не уйдёт. Его лапы стучали по бетону — тихо, ритмично. Восемь глаз смотрели на меня без эмоций, но в этом взгляде было что-то древнее, голодное.

Я вытащил нож и ударил по нитям. Лезвие рассекло несколько, но сеть была прочной. Я ударил снова. Ещё несколько нитей лопнули. Ноги освободились, но паук был уже рядом.

— Бей в суставы! — крикнула КакНовая. — Это его слабое место!

Паук остановился. Наклонил голову, словно удивляясь. А потом прыгнул.

Я отшатнулся, и лапа паука просвистела в сантиметре от моего лица. Острая, как бритва. Не теряя ни секунды я бросился на паука и ударил ножом — лезвие вошло в сустав. Паук взвизгнул, дёрнулся, и я почувствовал, как сеть ослабла.

Я ударил ещё раз. И ещё. Нож входил в плоть, и из ран текла тёмная жидкость. Паук отступал, но не уходил. Он развернулся и выстрелил паутиной — толстой, липкой, она облепила мою руку с ножом, приклеив её к телу.

— Чёрт! — заорал я, пытаясь освободиться.

Паук воспользовался моментом. Он бросился вперёд, схватил меня лапами, которые еще были целы и начал заворачивать в кокон. Я чувствовал, как нити обвивают меня — грудь, ноги, голову. Дышать становилось всё труднее.

— КакНовая! — прохрипел я. — Помоги!

— Используй Реинкарнацию! — крикнула она. — Сейчас же!

Я активировал Реинкарнацию. Мир вспыхнул белым, и на секунду я потерял сознание. А когда очнулся — паук отпрянул, ослеплённый вспышкой. Кокон ослаб.

Я вырвался, откатился в сторону, вскочил на ноги. Паук уже разворачивался, его глаза горели злобой.

— У тебя осталось мало ресурсов! — сказала КакНовая. — Подожги паутину!

Я вытянул руку. Свет вырвался из ладони — яркий, золотистый. Я направил его в паутину, которая ещё висела на моих ногах, и она вспыхнула. Огонь побежал по нитям, как по сухой траве.

Паук взвизгнул — громко, пронзительно. Огонь перекинулся на его лапы, и он заметался, пытаясь сбить пламя. Я воспользовался моментом, разорвал остатки кокона и прыгнул.

Вниз.

Я не знал, куда прыгаю. Просто прыгнул — в темноту, в пустоту, лишь бы подальше от паука. Ветер засвистел в ушах, и я успел подумать, что это конец.

Но приземлился на что-то твёрдое. Плиту моста, которая торчала из воды под углом. Боль пронзила ногу, но я был жив.

Я поднялся, хромая. Паук остался наверху, всё ещё борясь с огнём. Но шум привлёк внимание.

Болото вздрогнуло.

Из грязи, метрах в тридцати от меня, поднялось нечто. Огромное, тёмное, покрытое слизью. Щупальца — толстые, как стволы деревьев — вырвались из воды.

Цербер.

— КакНовая, — выдохнул я, чувствуя, как холодеет всё внутри. — Он здесь.

— Беги! — крикнула она. — К другому берегу! Сейчас!

Я побежал. Хромая, спотыкаясь, перепрыгивая через провалы. Мост был разрушен, но я видел другой берег — метрах в пятидесяти. Там была земля. Там было спасение.

За спиной я слышал шум — паук всё ещё бился с огнём, а Цербер медленно выбирался из болота. Я не оборачивался. Я просто бежал.

Плита под ногами дрогнула. Я прыгнул, ухватился за арматуру, подтянулся. Ещё плита. Ещё прыжок. Руки горели, нога болела, но я не останавливался.

Цербер зарычал. Низко, вибрирующе. Я чувствовал его приближение — не глазами, а кожей. Воздух стал тяжёлым, как перед грозой. Щупальца рассекали воду, и я слышал, как они бьют по опорам моста, ломая бетон.

— Быстрее! — кричала КакНовая. — Он почти достал!

Я рванул вперёд. Последний пролёт — шаткий, полуразрушенный. Я пробежал по нему, не думая. И спрыгнул на землю.

Твёрдую землю. Другой берег.

Я упал на колени, тяжело дыша. Постояв несколько минут в такой позе, я тяжело повернулся и шлепнулся на задницу.

Сидя на земле я пытался унять дрожь в руках. Нога горела — при падении я в добавок ко всему подвернул её, и теперь каждое движение отдавалось острой болью. Я открыл интерфейс и проверил статус.

«Квазер: 1520/4400. Повреждения: растяжение связок правой ноги (средней тяжести), множественные ссадины, ушиб грудной клетки».

— КакНовая, — сказал я, морщась. — Сколько Квазера нужно на восстановление ноги?

— Около ста пятидесяти единиц, — ответила она. — Но я бы не советовала тратить их сейчас. У тебя осталось не так много, а впереди — неизвестность.

— Нога не даст мне идти, — возразил я.

— Растяжение заживёт само, — сказала КакНовая. — Квазер работает и без прямого вмешательства. Просто медленнее. Если ты подождёшь час-два, боль утихнет.

Я вздохнул и закрыл интерфейс. Она была права. Тратить энергию на то, что заживёт само, было глупо. Я достал кровоостанавливающий спрей, обработал ссадины и перетянул ногу бинтом. Жгут, который я нашёл в поясе, пригодился — я зафиксировал голеностоп, чтобы не тревожить связки.

Боль немного утихла. Я поднялся, опираясь на обломок бетона, и посмотрел на другой берег. Там, за болотом, темнел лес — густой, чёрный, полный неизвестности.

— КакНовая, — сказал я. — Что дальше?

— Нам нужно двигаться на восток, — ответила она. — Там, по старым данным, был терминал Выдающегося. Но сначала — звание рядового. Выполняй задачи, собирай Квазер, становись сильнее. Тогда я смогу открыть координаты.

Я кивнул. Ещё одна цель. Ещё один шаг.

Цербер стоял у края болота. Его щупальца тянулись ко мне, но не доставали. Он не мог выйти на сушу.

Я смотрел на него, и впервые за долгое время чувствовал что-то похожее на облегчение. Я был жив. Я все-таки перебрался через болото.

— КакНовая, — сказал я, поднимаясь. — Мы сделали это.

— Да, — ответила она. — Но паук всё ещё там. И Цербер не ушёл. Мы должны двигаться дальше.

Я кивнул. Она была права. Я не знал, что ждёт меня впереди. Но я знал, что не остановлюсь. Я должен был найти людей. Должен был найти терминал. Должен был стать сильнее.

Я повернулся и пошёл в темноту. Впереди был новый мир.